Российско-американские отношения: чего ждать от Трампа?

Как могут измениться российско-американские отношения с приходом Трампа? Какие важнейшие задачи можно будет решить? Первое. Борьба с террористическими группировками на Ближнем Востоке. В инаугурационной речи Трамп сказал так, как не принято говорить в США. Он сказал о радикальном исламистском терроризме. Назвал явление своим именем. Сказал, что его нужно разгромить. И здесь большое поле для совместной работы. Мы могли бы стать союзниками. А ничто так не сближает, как борьба с общим врагом. Второе. Расширение НАТО на восток. Россия воспринимает это расширение как угрозу. Трамп называет НАТО «устаревшей организацией». Надо работать над новыми принципами общей безопасности, которые устраивали бы всех: и Россию, и Европу, и США. Такие принципы, которые уменьшали бы количество конфликтов, гасили бы их, а не разжигали, как сейчас. Третье. Украина. Причина антироссийских санкций. Необходимо добиться выполнения Минских соглашений. И главный пункт — это автономия Донецкой и Луганской республик. Только в этом случае конфликт будет прекращен. Нам не нужно любви от украинских властей. Но она не должна быть врагом. Нужно закрепить внеблоковый статус этой страны. Никакого НАТО. И, конечно, вопрос Крыма должен быть снят с повестки дня. Четвертое. Проводимая США политика мирового жандарма безнадежно устарела. Даже если отбросить моральную сторону этой проблемы, отнестись к этому цинично, порядок важнее. США попросту не справляются с этой ролью. Надо договариваться о сотрудничестве, о зонах ответственности. Миру нужна стабильность и предсказуемость развития. Здесь есть обнадеживающие сигналы. Дональд Трамп не говорит о мессианском предназначении Америки. Он, вроде бы, не собирается лезть с факелом демократии во все уголки мира. Он говорит о национальных интересах США. Это прагматичный подход. По словам пресс-секретаря российского президента Дмитрия Пескова, надо надеяться, что встреча Владимира Путина и Дональда Трампа состоится в ближайшие месяцы. Пора начинать серьезный разговор. Искренняя радость подавляющего большинства россиян от победы Трампа могла бы стать лучшим свидетельством нашего миролюбия и открытости. Такое воодушевление — свидетельство того, насколько в действительности здесь, в России, никто не заинтересован в продолжении конфронтации, как рады любой, пусть даже призрачной, возможности договориться. «Очень важно не фокусироваться, не замыкаться исключительно на фигуре самого Трампа. Мне кажется, подобные прецеденты выстраивания двусторонних отношений между Россией и США уже были в прошлом и не всегда они оканчивались хорошо. В итоге системные противоречия на определенном этапе давали о себе знать. Это создавало иллюзию медового месяца в двусторонних отношениях, и, скажем так, потом кризис больно бил по этим отношениям, они разваливались. Сейчас очень важно не впасть в такую иллюзию, а работать на более широкие контексты», — сказал эксперт российского совета по международным делам, редактор американского портала «Аль-Монитор» Максим Сучков. Более широкие контексты — это многополярность. Это уже признанный Трампом факт, на котором Россия настаивает вот уже скоро 10 лет. Идея мирового господства вновь потерпела фиаско. Мир как Земля и мир как альтернатива войне. И то, и другое сегодня — это баланс интересов многих. А значит и признание наличия этих интересов. Сегодня, когда наши отношения балансируют на уровне противник — враг, мы хотя бы точно знаем, где наши интересы пересекаются. Знаем и то, что по некоторым вопросам они неизбежно столкнутся. Но Трамп, в отличие от своих предшественников, в упор не видевших ничьих интересов кроме своих, это хотя бы понимает. «Особенность нынешней ситуации состоит в том, что две страны не испытывают особенных надежд на резкое улучшение двусторонних отношений. И в этом отличие от двух предыдущих попыток их нормализации — перезагрузки при Обаме и резкого повышения уровня отношений при администрации Джорджа Буша-младшего в начале его президентства. Сейчас понятно, что есть структурные ограничения для глубокой нормализации наших отношений, и, вероятно, две страны не станут союзниками», — сказал программный директор «Валдайского клуба» Андрей Сушенцов. Уже сейчас, что называется, на берегу, понятно, где наши интересы могут быть общими. Это нераспространение ядерного оружия и борьба с терроризмом. Проблема была в том, что исключительное право определять, что является терроризмом, а что нет, американцы уже давно присвоили себе. Они же до последнего момента решали, кого считать террористами, по-своему усмотрению редактируя свой же собственный кровавый список легитимных целей. «То, что мы слышим от Дональда Трампа и от его команды, говорит о том, что у них другой подход, и что они не будут прибегать к двойным стандартам для того, чтобы борьбу с терроризмом использовать еще и для достижения каких-то не относящихся к этой задаче целей», — сказал глава МИД РФ Сергей Лавров. Поиски компромисса на этом направлении рискуют споткнуться о проблему резко негативного отношения Трампа к Ирану. Его намерение пересмотреть ядерную сделку с Тегераном может серьезно обострить ситуацию на Ближнем Востоке и если не сорвать, то серьезно осложнить все последние усилия по примирению сторон в сирийском конфликте. С другой стороны, жесткая риторика Трампа в адрес Китая ставит Россию в сильную позицию как в будущих переговорах с Вашингтоном, так и в нескончаемом торге с Пекином. Сейчас очень многое зависит от первых реальных внешнеполитических шагов новой администрации Белого дома. Только по ним, а не по предвыборным заявлениям Трампа, можно будет судить о том, насколько в действительности далеко он готов будет пойти, зная, что его настоящая борьба за власть в действительности только начинается «Конгресс будет торпедировать, скажем так, инициативы Трампа, направленные на сотрудничество с Россией посредством различных законодательных инициатив. СМИ — посредством создания негативной информационной картинки: дескать, Трамп сдает интересы Америки России. Экспертное сообщество также будет в этом участвовать в большей мере, ориентируя широкое общественное мнение на некую заданность, на сдачу позиций», — сказал эксперт российского совета по международным делам, редактор американского портала «Аль-Монитор» Максим Сучков. Отмена санкций, признание Крыма, вывод войск из Польши и Прибалтики — ничего этого в ближайшее время ждать не стоит. Начинающаяся партия — это игра в долгую и глупо было бы ожидать от партнера, что он будет рисковать, разбрасываясь козырями, еще даже толком не усевшись за стол. «Важно разблокировать двусторонние отношения. Они сегодня абсолютно заморожены во всех сферах. Чем быстрее произойдет саммит — встреча президента России и президента Соединенных Штатов, тем лучше, потому что это будет сигнал всему миру о неком новом характере отношений. И этого ждут и в Европе, этого ждут во всем мире», — сказал президент Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений имени Евгения Примакова Александр Дынкин. Свидетельством того, какое значение в мире придают этой встрече, стало место, в котором она якобы должна состояться. Не дождавшись инаугурации Трампа, мировые средства массовой информации принялись обсуждать возможность ее срочного проведения в столице Исландии. Напомним, что именно в Рейкьявике состоялась встреча Горбачева с Рейганом, ставшая мифическим прологом к окончанию холодной войны. Однако, не только место, но и саму возможность такого саммита в ближайшее время немедленно опровергли и в Вашингтоне, и в Москве. «Это не будут предстоящие недели. Давайте надеяться, что такая встреча состоится в ближайшие месяцы. Владимир Путин к ней готов», — заявил пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков. Больше всего этой встречи ждут и боятся именно в Европе. Незадолго до инаугурации главный редактор немецкой газеты «Бильд» задал Трампу, как ему казалось, каверзный вопрос — кому избранный президент США доверяет больше: Владимиру Путину или Ангеле Меркель. «Я доверяю обоим. По крайней мере, изначально. Посмотрим, как долго это продлится», — ответил Дональд Трамп. В одной фразе — вся внешнеполитическая концепция. Отныне нет больше ничего само собой разумеющегося. Ни пресловутой солидарности Запада, ни безальтернативности НАТО, ни чьей-то заведомой исключительности, ни табу. Все становится предметом для торга. Европа меньше других оказалась готова к такому повороту событий. Сейчас, когда суверенные интересы государств вновь постепенно становятся основой международной политики, расползающийся Евросоюз так и не выработал ничего своего. Частные же амбиции и предпочтения его лидеров оказались слишком подчинены интересам тех, кого Трамп только что с таким трудом выпроводил из Белого дома. «На мой взгляд, ставится несколько задач, может быть, их больше, но некоторые из них очевидны. Первая — подорвать легитимность избранного президента США. А вторая задача — это связать вновь избранного президента по рукам и ногам при выполнении данных им в ходе избирательной кампании обещаний американскому народу как внутри страны, так и на внешней арене, — сказал В. Путин. — Конечно, наверное, нюансы возможны, «осадочек останется», но все-таки все встанет в конце концов на свое место. Так же, как и, уверен, удастся в конечном итоге восстановить нормальные, отвечающие интересам как народов Европы, так и народов России, как народов России, так и народов Соединенных Штатов, нормальные межгосударственные отношения, которые будут способствовать развитию мировой экономики, стабилизации в мире и обеспечению безопасности». В конце концов все встанет на свои места. Российский лидер говорил об этом в Кремле, на пресс-конференции по итогам встречи со своим только что избранным молдавским коллегой Игорем Додоном. Его победа на выборах, а также рост популярности других европейских политиков, провозгласивших суверенитет и независимость своей целью, все это стало косвенным следствием успеха Трампа. И эта тенденция будет только укрепляться, если России и США удастся как минимум избежать дальнейшей конфронтации. В ближайшее время в ключевых странах Старого Света — выборы. Это хорошо понимают и в Москве, и в Вашингтоне. При этом Восточная Европа и республики бывшего СССР были и пока остаются наиболее чувствительной и самой взрывоопасной областью наших непростых взаимоотношений. А все взрыватели пока еще в руках тех, кто знает, что проигрывает, но не может смириться с поражением. И самое важное сейчас — не спровоцировать их на самоподрыв.