Венесуэла после Чавеса — нищета, насилие и культ Вуду.

Репортаж из страны, где в магазинах нет даже хлеба, где полиция боится бандитов, где строили социализм. Хотели достичь всеобщей справедливости и как можно быстрее. Не получилось. Репортаж из страны, где в магазинах нет даже хлеба, где полиция боится бандитов, где строили социализм. Хотели достичь всеобщей справедливости и как можно быстрее. Не получилось. За пять минут до того, как вооруженные люди заставили съемочную выйти из машины и потребовали удалить запись, журналисты снимали доведенных до отчаяния врачей. В больницах Каракаса из антибиотиков только пенициллин. Рентген не работает, бинтов и ваты нет, йод закончился, и даже воды не хватает. И так по всей стране. За полтора года детская смертность в Венесуэле выросла в 100 раз. «У нас нет ничего, чтобы помочь астматикам, да и много кому еще! Операционные простаивают. Часто дети поступают в критическом состоянии, а мы ничего не может сделать. Мы знаем, что делать, но нам нечем работать», — говорит врач больницы Морис Валентинос. Митинг разогнали, но показать это мы вам не можем. Видео с нападением на врачей журналисты стирали под дулом пистолета. Местные журналисты, видевшие, как все было, назвали это "похищением": «Сегодня утром группа вооруженных людей, предположительно «коллективос», похитила двух репортеров российского «Первого канала», которые снимали материал о кризисе в сфере здравоохранения. На данный момент местонахождение журналистов неизвестно». Нападавшие молодчики — так называемые «коллективос», вооруженные сторонники президента Мадуро. Неформальная организация, полномочия которой де-факто не ограничены ничем. Промышляют грабежами, а за действующую власть готовы преследовать и убивать всех недовольных. А таких в Венесуэле все больше. Тысячи людей поднимают голодные бунты, грабят магазины и нападают на полицейских, миллионы выходят на протестные митинги. К демонстрантам присоединились даже аполитичные «маландрос» — грабители на мотоциклах, которые, впрочем, свое дело не оставляют даже во время протеста – на кадрах видно, как один из протестующих отнимает сумку у прохожего. Полиция на такие вещи давно не реагирует, но «маландрос» все равно недовольны, ведь в нищей стране и грабить некого. «Президент Мадуро, будь проклята твоя мать, мы даем тебе 72 часа, а потом убирайся вон. То, как мы живем, — это просто издевательство. Ты должен уйти, иначе мы прикончим тебя и всю твою семью», — заявил один грабителей. И это — не пустые угрозы. Уличные банды захватывают целые районы и города. Путешествие за пределы Каракаса на машине гарантирует встречу с теми, у кого в руках вот такой аргумент. Члены съемочной группы — первые за полгода иностранцы, которых Хуан везет по Каракасу. Клиентов почти нет: рабочая неделя в стране официально сокращена до двух дней. «У меня все дети учились в университете, я за каждого платил! Мы отлично жили, каждый год ездили всей семьей в отпуск. А сейчас мне даже на ремонт машины не хватает», — рассказывает таксист Хуан Ариас. Боливарианская революция, названная в честь национального героя-освободителя Симона Боливара, зашла в тупик. Ее вождь Уго Чавес обещал социализм с человеческим лицом — конец бедности, стабильную валюту и процветание. И эффект был, пока цены на нефть росли. Харизматичный лидер Чавес все успехи наивно объяснял плановой экономикой, замешанной на идее классовой борьбы и противостояния мировому империализму. До нефтяного кризиса команданте не дожил. И чем отчаяннее его преемник Николас Мадуро пытается удержать страну на плаву, тем крепче чувства электората к прежнему лидеру. Популист-Чавес подкреплял свои обещания нефтедолларами. А бывший водитель автобуса Мадуро — профсоюзный выдвиженец — так и не разобрался, что делать, когда деньги кончились, и где их найти, если прежде они сами текли рекой, а теперь поток иссяк. Вечный огонь у мемориала Уго Чавеса — одно из самых посещаемых мест в Каракасе. Сотни экскурсий каждый день, венесуэльцам с юных лет объясняют: Симон Боливар — отец нации, а Уго Чавес – его правая рука. Многочисленные граффити на стенах дополняют картину. Общий смысл: команданте жив, борьба продолжается. В декабре Хильде де Ариа исполнится 100 лет, но к мемориалу команданте она приходит каждый день. Помолиться и Христу, и ему — спасителю Венесуэлы. «Уго Чавес был величайшим человеком, он заботился о каждом из нас. Так считаю не только я, это вам скажет любой венесуэлец», — говорит Хильда Кольминаре де Ариа. Жесткий контроль над бизнесом, огромные расходы на социальные программы и так называемая «нефтяная дипломатия». Не сказать, чтобы президент Мадуро отступил от главных идей чавизма. Отличие лишь в том, что Уго Чавес, активно торгуя с американцами, все равно сравнивал президента США с дьяволом, а нынешнее правительство Венесуэлы дает понять, что не против с этим дьяволом заключить сделку на любых условиях. Этим летом Каракас несколько раз настойчиво предлагал Вашингтону восстановить дипотношения. «США – важнейший партнер Венесуэлы. Значительная часть нашей нефтедобывающей индустрии ориентирована на поставки в эту страну. В прошлом у нас были большие разногласия, но нынешнее правительство хотело бы разрешить их как можно скорее», — заявил депутат Национальной ассамблеи Венесуэлы Эрнан Феррер. Такую смену курса приняли далеко не все. Тем, кто живет за чертой бедности, а это 90 процентов населения, не по душе и то, что страна продолжает выплачивать гринго миллиарды долларов по внешнему долгу. Башня Давида – знаменитый долгострой в самом центре Каракаса, долгое время была захвачена выходцами из трущоб. Это было настоящее гетто для преступников всех мастей, но недавно полиция освободила небоскреб от его обитателей, и бездомные жители Каракаса – сотни тысяч человек, восприняли это как предательство со стороны властей. Сюда переезжали из нищей провинции и городских окраин, где кризис почувствовали раньше. В Башне Оскар прожил два года, но весной ему указали на дверь. «У нас теплый климат, поэтому стены не так важны, как крыша – она же защищает от дождей. А нас взяли и вышвырнули на улицу. У нас нет еды, нам холодно, наши дети живут в грязи, а власть закрывает на все глаза», — рассказывает Оскар Рамос. Венесуэльский кризис уже сравнивают с Великой депрессией. И пока власти принципиально отказываются от международной помощи, каждый выживает, как может. «Можно жить по закону, но так долго не протянешь: умрешь либо от голода, либо от чего еще похуже», — сказал Августо. Пустые пляжи – с начала года здесь убиты 26 отдыхающих — и закрытые отели. Символы успешной Венесуэлы уходят в прошлое. Даже такие красивые. По числу завоеванных титулов «Мисс-мира» страна – на первом месте, но сегодняшние «мисс» мечтают о красивой жизни вдали от родины. «Великая актриса или всемирно известная телеведущая – вот, о чем мечтали все девочки в этой стране. Сейчас все хотят одного – уехать. Победа в конкурсе дает шанс найти работу за границей, у нас-то тут фильмов уже практически не снимают. Куда идти всем этим актрисам?» — сказала победительница конкурса «Мисс-Каракас-2012» Мари Арсинья-Харп. С наступлением сумерек они выходят на работу. По количеству проституток Каракас опережает даже более крупные столицы соседей – Боготу и Сантьяго. За вечер эти девушки зарабатывают около 20 тысяч боливаров – это примерно 20 долларов США. Столько же получает «Мисс-Каракас» за фотосессию. Все запретное становится явным. Светлые одежды и черная магия – это сантерия, завезенный в католическую Венесуэлу африканский культ вуду. О жертвоприношениях местных колдунов ходят мрачные легенды. Нам позволяют снять лишь часть ритуала – воскресный обед. На столе жареная курица - невиданная роскошь. Кульминация любого обряда сантерии – предсказание будущего. Мы принесли с собой плакат с Уго Чавесом как символ Венесуэлы, чтобы узнать, что же ждет эту страну. Тем более что наш сегодняшний оракул работал личным охранником команданте. Оракул бросает ритуальные монеты, и выпадает только одна черная метка – врагам Венесуэлы. То есть жизнь скоро наладится. Но прогнозы экономистов с таким предсказанием расходятся. В следующем году инфляция в стране превысит 1600 процентов. Был олимпийцем — стал фермером. Легкоатлет Убер Коронадо выращивает овощи на крыше дома своего. К этому жителей голодающей столицы призывают власти. Городское сельское хозяйство в целом прижилось не особо, но своим Убер гордится. Тропические деревья плодоносят круглый год, а на столе всегда есть кукурузная лепешка. Имеется у бывшего спортсмена и кое-что на продажу. «Марихуана! Растение, которым наши предки лечили ревматизм. Но сейчас она совсем не для этого нужна тем, кто покупает», — говорит Убер Коронадо. Районные власти и полиция знают, что растет здесь в тени авокадо и манго. Но в сравнении с вооруженными головорезами, спекулянтами на черном рынке и миллионами голодных бунтарей, запретные кусты Убера — сущие пустяки. И до них дело дойдет не раньше, чем власть решит главные проблемы. Но это, считает улыбчивый легкоатлет, фермер и наркоторговец, случится еще очень нескоро.