В Великобритании представили работы художницы Елены Марттилы

Одна из самых трагических страниц в истории Великой Отечественной - блокада Ленинграда глазами одной из тех, кто выжил в осажденном городе. Работы художницы Елены Марттилы, представили в Кембридже к годовщине прорыва вражеского кольца вокруг города. Она рисовала, когда, казалось, уже не было сил, когда голод и мороз не давали шанса выжить. На стенах старой библиотеки колледжа Дарвина как на киноэкране сцены блокадной жизни. В центре студенческого Кембриджа 14 пронизывающих душу литографий и гравюр. Черно-белый дневник страшных ленинградских зим 41-го и 42-го. Вела его юная художница Елена Марттила. Этих работ могло и не быть, если бы не директор ленинградского художественного училища. Он подошел к своей 18-летней студентке и сказал: «Елена, ты же портретист! Поэтому бери блокнот, выходи на улицу и пиши портреты своих соседей, прохожих, которым нужно вместе пережить это страшное время!» В те дни, когда живые на улицах почти не отличались от мертвых, девушка шла к Неве и замерзшими пальцами делала зарисовки. Лишь после войны эскизы превратилась в литографии и гравюры на картоне. Печать на картоне размывает линии, но именно таким голодные, изможденные люди видели свой город. «Все было как сквозь пелену, как туман. Нечетко. Снег навален ни крыши, ни окон. Ничего не было четкого. И люди были нечеткие. Вот какие-то такие все», - вспоминает художница Елена Марттила. Это блокада, которую не то что британцы, многие русские не видели. Закутанная в платок Ольга Берггольц читает свои стихи. А совсем рядом - вмерзший в Неву человек. «Она не думала, что переживет блокаду. Она не знала, выживут ли ее друзья. Но она продолжала рисовать, так как считала, что это ее долг - рассказать правду!» - отмечает куратор выставки Либби Хови. И такая правда была не по душе партийному руководству Ленинграда. В советское время все эти работы не выставлялись. А в высоких кабинетах заслуженной художнице не раз объясняли, что ее нужно сделать с этой коллекцией. «Вы свои работы никому не показывайте! Лучше уничтожьте! Никакой блокады не было. Никакого горя не было! Голода не было! А я как сидела, через стол, и говорю: «А что же такое было? Ведь я же живой человек!» - рассказывает Елена Марттила. Елене Марттиле сейчас 94. Здоровье не позволило ей открыть свою первую британскую выставку. Для Соединенного Королевства это вообще первое знакомство с изобразительным искусством осажденного Ленинграда. С человеческой историей блокады. «Вон там в углу литография. На ней девочка. Вся семья умерла от голода. Она оберегает цветок. Единственную частичку жизни, которая рядом с ней. Это берет за душу!» - говорит студент Джеймс Лилей. Возможно, кое-кого из студентов, и не только гуманитариев, эти работы заставят почитать об истории Второй мировой - войны, о которой с каждым годом говорят все меньше. Но объяснять зачастую приходится элементарные вещи. «Вот сейчас у нас был один гость, который учится в этом колледже. Он пришел и спрашивает: «Вы скажите, а Петербург - это бывшая Москва? Его переименовали потом? После Москвы стал Петербург?» А мы спрашиваем: «А вы слышали о блокаде?» - «Нет, не слышал, а что это такое было?» - рассказывает организатор выставки Ксения Афонина. Здесь можно заглянуть в лицо водителю грузовика, едущего по тонкому льду дороги жизни. А при желании услышать об этой дороге из уст историка. Кембриджский университет на основе выставки проведет цикл лекций. В этой комнате будут слушать Шостаковича и смотреть черно-белую хронику о великом, непобежденном городе.